В. Шишков «Угрюм-река» (1932)
Супер-роман.
Эта книга вместила в себя элементы почти какого угодно жанра. Здесь есть и авантюрный роман — золотая лихорадка и знаменитый эпизод о сокровище убиенной матери (вполне реальный случай, между прочим, ставший народной легендой), Прохор в Петербурге и лихие сибирские мужички. Есть элементы детектива (убийство Анфисы) и отличная психологическая проза. Мистика (Синильга и различные эпизоды с иконами и видениями) и комические абзацы. И величавая природа, и жуткие преступления, и тяготы рабочих, и нравы светской богемы… И конечно же, любовь. Да не просто любовь — из искры, ударившей в сердце, пожаром заполыхает страсть, всепоглощающая, безумная страсть…
«Угрюм-река» окажется одним из немногих произведений, при чтении которых можно наслаждаться самим языком, стилем, манерой повествования. Но прежде чем читатель это осознаёт — его уже затянуло. Он уже погружается в самую сердцевину языка, в само «течение» этого романа. С момента откапывания клада читатель уже увлечён и может наслаждаться чтением. И когда роман «переваливает» за вторую часть, и когда близится к концу. Нет, не только в интересности тут изюминка, приятно читать не просто потому что написано динамично и увлекательно.
Это написано с удальцой, с размахом, с искрой, щедро, с душой. То как удар плетью, то как острый резец, то как россыпь бриллиантов, то как неторопливая кисть художника… и вдруг резкий порыв ветра — нет, сравнения тут неуместны, пожалуй. Нужно погрузиться в этот язык, проникнуться романом «до самых печёнок». И удивляться тайнам Анфисы, поражаться вместе с автором речи Прохора на банкете, и украдкой утирать глаза над письмом Кэтти (и письмом её отца), и ужасаться расстрелу рабочего отряда, и задумываться о смерти от лекарств и «красной смерти» (это шикарное отступление, которому мне хотелось аплодировать), и жалеть Марью Кирилловну (неосторожное слово), и Петра Данилыча в сумасшедшем доме. Ну а эпизод с Шапошниковым над [спойлер] — реально заставил мои волосы шевелиться. Я не шучу. Я глаз не мог оторвать от этого эпизода. Этот роман написан настолько хорошо, насколько это вообще возможно в русской литературе.
И конечно же, концовка, подобная выстрелу из пушки и удару грома — великолепное, блистательное завершение этого шикарного романа.
Вот, лишь несколькими отрывками я попытался изобразить, «набросать» только отдельные составляющие этого полотна. А между тем тут каждый персонаж не просто как живой сходит со страниц, а живёт своей страстью, тайной думкой, у каждого своя хитрость, желание и цель, у каждого свои способы и повадки… И кузнец-дьякон Ферапонт, способный потягаться с медведем, и Нина, хранящая верность блудному супругу, и местный прохиндей Илья Сохатых, и верный, горячий Ибрагим-оглы, и разудалый Филька Шкворень (а также завершение его «сюжетной линии»), и отец Александр, и умница Протасов… и много, много кто ещё — одно только село «Разбой» чего стоит.
И цитировать можно — почти без конца; открой любое место в книге, ткни пальцем — попадёшь!
Роман этот действительно подобен бурной реке, то скачущей и гремящей на порогах, то стихающей ближе к манящим, но опасным омутам. И написан он так, что является своего рода мерилом, золотым стандартом для любого и для каждого русскоязычного романа, написанного после.
Удивительная, увлекательная, великолепная своим слогом, сюжетом и всем прочим книга.
Один из… мало сказать «лучших» романов — это блистательный, неподражаемый, исключительный шедевр русской литературы, по праву занимающий место на одной полке с «Вечным зовом», и с «Тихим Доном».
#Русский Цикл
